?

Log in

Поговорили об инвестиционной привлекательности проектов на Дальнем Востоке и результатах работы Фонда в регионе, перспективах Hyperloop One в России, а также о планах Фонда на саммите G20 в Китае.



- Вы приняли участие в российско-японских переговорах в рамках ВЭФ. Что можете рассказать, и как РФПИ ведет сотрудничество с японскими инвесторами?

- Важно, что Япония предпринимает конкретные шаги. В целом, мы видим разделение экономики и политики, готовность японских партнеров обсуждать совместные проекты параллельно с решением отдельных политических вопросов.
Если говорить о РФПИ, то значимой для нас остается роль Japan Bank for International Cooperation (JBIC) и ряда компаний, например, Mitsui. Мы с ними сейчас обсуждаем сделку по вхождению на рынок фармацевтики в России. И мы видим большой интерес JBIC к совместным шагам.
Отношениям  с Японией уделялось очень много времени, и было много дискуссий с банками и инвесторами, поэтому сейчас визит премьер-министра может стать историческим на фоне его поддержки ВЭФ. Мы ожидаем, что JBIC могут позволить инвестировать не только в форме долга, но и предоставлять акционерное финансирование. И это тоже важно для нашей совместной деятельности.

- Какие у вас еще будут проекты с JBIC?
- Мы смотрим на ряд ресурсных проектов, в которых могли бы принять участие значимые сервисные японские компании, которые оказывают услуги по инфраструктурным проектам. Такие проекты, где есть дополнительная японская составляющая.

- Нефтесервис?
- Не только. Также энергетика и другие крупные проекты, в которых японские компании могут быть подрядчиками.

- Договоренности с арабскими инвесторами по проекту порта Тамань оформлены? Определены ли соинвесторы и объем инвестиций?

- РФПИ в принципе интересна портовая инфраструктура, и у нас есть важное партнерство с компанией DP World, которая $1,6 млрд выделяет на совместные проекты с нами в этой отрасли. Тамань, конечно, заинтересована в привлечении такого инвестора с нашей помощью.  Мы ждем окончательных решений правительства о том, в какой конфигурации этот порт будет строиться, и какая поддержка ему будет оказана.

- Какие факторы основные?

- Экономически порт целесообразен, такие большие игроки как DP World могут быть в нем заинтересованы. Соответственно, Минтранс может принять ряд решений по срокам развития этого проекта, по тем мерам господдержки, которая ему может быть оказана. Со своей стороны, мы готовы продолжать работу с Минтрансом по поиску путей, в какой конфигурации этот проект лучше реализовать.

- Финансирование автомагистрали  Европа-Западный Китай - будет ли РФПИ участвовать в нем и в каких объемах?

- Мы изучаем этот проект и считаем его довольно интересным. Но при этом также существуют вопросы по товаропотоку. Поэтому сейчас мы сфокусировались на первом пилотном этапе этого проекта, который потом позволит использовать другие российские дороги, и грузы из Китая  доставлять в Европу через Россию. Сейчас мы просчитываем первый пилотный участок, который будет составлять одну двадцатую маршрута, но который будет самым критичным и даст понимание, как проект дальше можно развивать в комплексе с существующими дорогами. Также с инвестором  проекта мы думаем, как лучше реализовать этот пилотный участок, на каких условиях,  и обсуждаем это с  инфраструктурными фондами Китая. Но ключевой вопрос для нас - это анализ возможного товаропотока, и если мы будем делать проект, то начнем с пилотного участка.

- Как продвигается проект по созданию трассы Hyperloop, где РФПИ и группа Сумма выступают инвесторами? Насколько это вам интересно?

- Hyperloop нам интересен, хотя объем нашей инвестиции совсем небольшой на этом этапе. Сумма и DP World, которые являются нашими партнерами, тоже изучают его.
В России он может начаться именно с Дальнего Востока, и мы готовы в этом оказывать поддержку. Мы видим, что технология работает, испытания проходят успешно и, возможно, мы даже будем подключать к аналогичным проектам наших арабских партнеров на Ближнем Востоке.  ОАЭ тоже планируют пилотные проекты, и мы могли бы сделать что-то совместно, в том числе с DP World. Для России эта технология может быть прорывной, ведутся работы по снижению стоимости километра этой трассы в зависимости от используемых материалов. Если стоимость удастся снизить, тогда шансы запустить пилот на Дальнем Востоке России повысятся. Но это то, что мы пока обсуждаем, а есть много интересных историй, которые уже случились.

- Что уже случилось на Дальнем Востоке?

- Изначально РФПИ выделяли квоту до 25 млрд рублей, предназначенных для инвестиций на Дальнем Востоке. Но мы уже проинвестировали и одобрили сделки на 30 млрд рублей, а с учетом привлечения нами международных совинвесторов эта сумма составляет более 90 млрд рублей. Из наиболее крупных проектов - лесопререработка с высокой добавленной стоимостью компании RFP Group, участие в качестве якорного инвестора в IPO и SPO компании Алроса, инфраструктурные проекты по строительству первого в истории железнодорожного моста через Амур и развитию аэропорта Владивостока до уровня международного авиационного хаба в АТР. Российскую часть моста мы совместно с партнёрами из Фонда развития Дальнего Востока и китайскими инвесторами уже строим, финансирование открыто. По аэропорту Владивостока согласовали ключевые условия и надеемся на скорое закрытие сделки.

- Вы после ВЭФ участвуете в G20? Какие у вас ожидания?

- Хотя повестка в большей степени политическая, мы рассчитываем обсудить ряд вопросов, связанных с экономикой и инвестициями. РФПИ принимает участие во встречах с руководством Турции, Китая и Саудовской Аравии. С фондами этих стран мы активно продвигаем совместную кооперацию.

С Турцией - это создание совместного фонда, о чем мы принципиально договорились буквально месяц назад в Петербурге. С Китаем - увеличение инвестиций от госкомпаний, они могли бы инвестировать больше, но важно определиться с конкретными проектами. С Саудовской Аравией - речь тоже о приоритетных сферах, так как всего год назад их инвесторы пришли в Россию и пока привыкают к нашему рынку. Несмотря на это, уже есть примеры сделок и интерес саудовских партнёров к вложениям в публичный рынок акций России. Часть средств из $10 млрд, выделенных ими на проекты с РФПИ, выделена под акции публичных компаний. Для российского рынка это дополнительная ликвидность и приход новых долгосрочных инвесторов. Алроса, в которую  с нами инвестировали арабские фонды во время IPO и SPO, является хорошим примером такой истории успеха.

- Каковы Ваши планы по привлечению иностранных инвесторов в нефтяные месторождения?

- Мы считаем, что у арабских стран есть значимая экспертиза, ее надо преобразовывать в совместные идеи, и мы точно будем вместе с ними инвестировать в различные проекты на территории России. При этом мы открыты к партнерству со всеми российскими нефтяными компаниями, и в каждом проекте хотели бы видеть российского партнёра.

- Эта конфигурация, когда мы помогаем выстраивать партнерства, в том числе между нашими компаниями и арабскими нефтяными компаниями, эффективна для  укрепления экономических связей между нашими странами.

- Какие именно месторождения вас интересуют?

- Могу подтвердить интерес к Назымскому месторождению и Эргинскому месторождению. То есть все те месторождения, которые с точки зрения разработки довольно сложные и требуют отраслевой экспертизы, а не только внешнего финансирования.

- Процесс приватизации - как вы на него смотрите, в том числе с учётом переноса сроков по Башнефти?

- Абсолютно спокойно к этому относимся. Мы заинтересованы в приватизации и видим, что инвесторы интересуются приватизационными проектами в России.
Это подтверждает пример Алросы, когда РФПИ инвестировал в компанию кратно меньше, чем привлёк от международных фондов. Важно не только то, что деньги приходят в бюджет, но и что крупнейшие инвесторы постепенно привыкают инвестировать в страну. Если они увеличат аллокацию на Россию, например, с 1% до 2% общего объема своих инвестиций, это уже означает, что будут вложены десятки миллиардов. Поэтому мы готовы участвовать в приватизации Башнефти, несмотря на отсрочку. Также мы готовы принять участие в других приватизационных сделках, если они будут экономически интересными. В конечном итоге, это предоставляет инвесторам новые инструменты, которые позволят им кратно больше инвестировать в Россию. Важно не забывать про этот аспект.


Источник: http://tass.ru/opinions/interviews/3591991

Интервью телеканалу "Россия24" в рамках второго Восточного Экономического Форума, который прошел во Владивостоке, о реализации инвестиционных проектов на Дальнем Востоке, интересе иностранных инвесторов к перспективным проектам в регионе, а также о совместном российско-турецком инвестиционном фонде, соглашение о создании которого планируется подписать на Cаммите G20.
Интервью телеканалу "Россия-24" по итогам встречи с турецкими партнерами в рамках визита Президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Санкт-Петербург, а также о создании российско-турецкого инвестиционного фонда и расширении сотрудничества РФПИ и Rönesans Holding.

— С кем уже подписали соглашение сегодня утром? Что нас ожидает дальше?
 — Во-первых, с арабскими партнерами мы достигли окончательных договоренностей об инвестициях в холдинг «Вертолеты России», который объединил все вертолетные компетенции страны и показывает хорошую динамику. Мы считаем, что сделка поможет этой компании более активно продвигать продукцию на зарубежные рынки, в том числе Ближнего Востока.
Во-вторых, мы объявляем о другой важной сделке — это инвестиции в компанию «Националь» (лидер по производству риса в России). Как видите, мы продолжаем инвестировать в агросектор. Ранее совместно с тайской CP Group мы инвестировали в птицефабрику в Ленинградской области, объявили о строительстве самого крупного молочного завода (стоимость $1 млрд).
Также мы будем инвестировать вместе с китайскими инвесторами в очень важный проект по продвижению созданного в России медицинского робота на территорию Китая и другие рынки. Фактически этот рынок монополизирован роботом Da Vinci. Это хороший робот, но мы считаем, что наш российский лучше. Мы также объявим о ряде сделок с французскими, итальянскими партнерами.
На Питерском форуме мы подпишем сделки на сумму около $1,5–2 млрд. В целом можно сказать, что инвесторы очень заинтересованы в России, чей публичный рынок вырос на 40% за последние пять месяцев. Многие западные партнеры считают, что санкции контрпродуктивны, их надо снимать.

— На сегодня у вас запланирована встреча с президентом России Владимиром Путиным совместно с зарубежными инвесторами. Что планируете обсудить?
 — Здесь мы отмечаем 5-летие РФПИ, при этом уже в статусе суверенного фонда России (соответствующий закон был подписан президентом в июне). С Владимиром Путиным это будет уже шестая по счету встреча. Обсудим, как повышать рост, эффективность и технологии в России за счет инвестиций. На встрече будут присутствовать инвесторы, под чьим управлением находится капитал в более $10 трлн. В два раза больше, чем в прошлом году. Для инвесторов важно услышать мнение президента о мерах, которые предпринимаются, чтобы страна восстановила траекторию экономического роста.

— Какую доходность на текущий момент фонд может предложить инвесторам?
— У нас очень хорошая доходность в рублях. Например, из Московской биржи мы вышли с доходностью 23%, из «Ростелекома» — 33%, из АЛРОСА — 37% годовых в рублях. Мы также показываем положительную долларовую доходность, что довольно удивительно для большинства наших партнеров с учетом девальвации рубля. Мы недавно смотрели цифры по одному из наших партнеров, который инвестировал с нами в 17 проектов, у него очень позитивная долларовая доходность, намного выше той, что за последние три года он получал на других рынках.

— Как девальвация рубля в целом повлияла на настроения инвесторов?
— Девальвация изначально воспринималась очень тяжело, ведь стабильность валюты является важным критерием. Многие наши партнеры сделали серьезную инвестиционную паузу. Но потом рубль стабилизировался и сейчас показывает хорошую динамику. Инвесторы видят, что произошедшая девальвация сделала некоторые сектора в России более конкурентоспособными. Например, в агросекторе наша продукция стала одной из самых дешевых в мире. Наш шинный завод производит одни из самых дешевых шин.

— В стране был объявлен разворот на Восток, однако складывается ощущение, что с Ближнем Востоком наладить отношения оказалось намного быстрее, чем с инвесторами из КНР и Японии. Ожидаются ли прорывные решения на азиатском направлении?
— Изначально мы сфокусировались на арабских партнерах, потому что они фактически никогда не инвестировали в Россию. Мы сумели мобилизовать этот капитал, убедить, что Россия является интересным рынком. И сейчас партнеры из ОАЭ и Саудовской Аравии делают с нами по 15–17 сделок.
Мы считаем, что Япония может быть важным и хорошим инвестором, в том числе на Дальнем Востоке. Совместно с КНР мы создали Российско-китайский инвестиционный фонд (РКИФ), который сделал уже более десяти сделок. Например, мы инвестируем в мост между Россией и Китаем. Но мы считаем, что это взаимодействие надо усиливать. И здесь очень важным будет визит президента 25 июня в Китай. Там будет подписано много новых инвестиционных соглашений.
Позитивный политический настрой должен преобразовываться в сделки между госкомпаниями и инвесторами.
Надо ускорять темпы взаимодействия с Китаем, объяснять китайским коллегам, что интерпретация санкций у них иногда бывает даже строже, чем у многих европейских партнеров. Санкции скоро будут отменены, а с Россией надо взаимодействовать очень активно.

Подробнее: http://www.gazeta.ru/business/2016/06/16/8311445.shtml
Завтра свою работу начинает Петербургский международный экономический форум. В его преддверии Кирилл Дмитриев, глава РФПИ, дал большое интервью изданию Коммерсантъ, в котором подвел итоги первых 5 лет работы Фонда, рассказал об интересе ведущих инвестиционных фондов к инвестициям в российскую экономику и перспективах работы РФПИ в новом статусе суверенного фонда РФ.



— РФПИ перестал быть дочерней структурой Внешэкономбанка. Какие положительные и отрицательные стороны у нового статуса, что он вам дает?
РФПИ обрел самостоятельность.
— Мы в принципе отрицательных сторон в этом не видим никаких. Мы, безусловно, продолжим взаимодействовать с Внешэкономбанком и другими ведущими банками России и видим синергию в этом взаимодействии. Капитал, который мы предоставляем компаниям, дополняет те инструменты, которые им предоставляют банки. Мы разработали совместный план, описывающий, как такое сотрудничество может выглядеть на примере как раз Внешэкономбанка. Но при этом новый статус нам дает много дополнительных возможностей. Во-первых, теперь мы имеем более правильное позиционирование на рынке с точки зрения других суверенных фондов. Как правило, они не являются дочерними структурами банков и в принципе выступают как отдельные структуры с собственными наборами компетенций — это крайне важно. Второе — статус суверенного фонда позволит нам развивать новые направления деятельности. Это может быть управление частями госпакетов в АО или, например, более активное участие в приватизационных сделках.

— Для чего нужно участие государственного РФПИ в приватизации — фонд в любом случае является госструктурой, вы просто возвращаете деньги, выделенные фонду из бюджета, обратно в бюджет?
— РФПИ предполагает участие в приватизации только в партнерстве с долгосрочными инвесторами — речь не идет о том, чтобы госпакеты перекладывались из одного государственного кармана в другой. РФПИ привлек более $27 млрд долгосрочных инвестиций, выстроив ряд совместных фондов с крупнейшими суверенными и инвестиционными фондами мира, а также с ведущими компаниями. И часть этого капитала могла бы быть использована для участия в приватизационных программах. Если РФПИ будет участвовать в таких сделках, то в консорциумах инвесторов мы не будем представлять больше чем 10-15% объема. 85-90% будут обеспечивать ведущие долгосрочные инвесторы. Мы активно работаем и с Росимуществом, и с инвестбанками, участвующими в приватизационных процессах, чтобы заинтересовать наших партнеров в участии в приватизации. Но наши партнеры также просят, чтобы вместе с ними соинвестировал РФПИ. В то же время мы надеемся участвовать в приватизационных процессах только там, где можем быть полезны.

Важно, что РФПИ — это фонд, уже имеющий опыт участия в похожих сделках. Мы участвовали, например, в IPO АЛРОСА с рядом ведущих инвесторов. Недавно мы полностью вышли из этого актива, получив привлекательную доходность на уровне 37% годовых.

— Как бы вы описали вашу полезность — для чего РФПИ необходим партнерам по приватизации в России?
— Инвесторам нужны наши аналитические возможности. Они понимают, что, если мы заходим в актив, мы заходим туда с разумными оценками будущего бизнеса. Поэтому большинство наших партнеров из этой группы чувствуют себя комфортно с РФПИ. Так, один из арабских суверенных фондов, который с нами уже сделал 17 сделок в РФ, теперь в принципе без нас не инвестирует в России. Им нужен не только наш анализ, но и наш государственный статус — мы придаем им дополнительную уверенность. Для наших компаний, безусловно, важно участие в приватизации высокопрофессиональных долгосрочных инвесторов — они им нужны для развития. Большинство игроков из числа суверенных фондов ранее очень мало инвестировали в Россию. Наконец, РФПИ своим участием в приватизации просто резко повышает объем долгосрочного капитала, на которые наши компании могут претендовать. А отличие долгосрочных инвесторов от краткосрочных заключается в их более стабильной позиции и меньшей реактивности на краткосрочные колебания рынка.

Многие из других фондов, не работающих с нами, за период, когда мы инвестировали в российские активы, показали убытки. Для партнеров РФПИ важно то, что у нас в это же время получилось показать положительный результат — причем не только в рублях, но и для большинства партнеров в долларах. Мы всегда выбирали инвестиции в лучшие компании, помогали им расти и защищали инвестиции наших партнеров механизмом получения минимальной доходности. Нам также важно, что наши компании успешно развиваются. Так, "Детский мир" по итогам квартала при текущей конъюнктуре показал по МСФО рост прибыли более чем в четыре раза. Мы видим хорошую динамику по "Ленте", по другим инвестициям, которые мы делали.

— Какие еще плюсы и минусы от независимости от ВЭБа вы видите для фонда?
— Да здесь даже не вопрос изменения статуса как такового. Мы за пять лет показали успешные инвестиционные результаты. Мы проинвестировали более 760 млрд руб., из которых только 70 млрд руб.— средства РФПИ, а свыше 690 млрд руб.— инвестиции наших соинвесторов, банков и других партнеров. Вложения за прошлый год — это 540 млрд руб., что втрое превышает показатели за весь предыдущий период. Мы показали положительную доходность инвестиций, выступая правильным инвестфильтром, направляя финансы именно в те доходные проекты, которые обеспечивают рост компаний, секторов экономики и всей экономики в целом. Очень важно иметь такие инвестфильтры, которые направляют капитал в проекты, создающие рост, и не дают направлять капитал в убыточные и поэтому вредные для экономики проекты.

В статусе суверенного фонда нам с нашими партнерами будет проще осуществлять сделки в том числе за пределами России. Мы уже сделали несколько таких сделок. Одна из них — это участие через Российско-китайский инвестиционный фонд в компании Didi Taxi: это самый популярный сервис онлайн-такси в Китае. С тех пор компания значительно подорожала. Не так давно структуры Apple проинвестировали в нее примерно $1 млрд по оценке, более чем в три раза превышающей стоимость компании на момент нашего входа. Мы считаем, что технология этой компании будет крайне полезна для России, и в перспективе будем рассматривать партнерство с ними и на нашем рынке. Этот компонент иностранных сделок, которые затем будут превращаться в российские сделки, как мы предполагаем, будет усиливаться. Наш новый статус позволит делать это проще и в формах, которые более понятны другим рынкам. Наконец, в независимом статусе нам будет проще предлагать государству то, что мы называем предприватизацией.

— Что вы имеете в виду под предприватизацией?
— Участие в управлении госпакетами, предполагающее улучшение корпоративного управления в компании и через это — возможное увеличение ее приватизационной стоимости. У нас хорошая компетенция в этой сфере — мы знаем, что мы можем сделать в компании, в которую заходим с иностранными партнерами. Впрочем, это пилотная идея — посмотрим, насколько она найдет отклик в правительстве.

— Когда правительство должно ответить на эти предложения РФПИ?
— Думаю, что к концу 2016 года мы узнаем, поддержана ли наша инициатива. С нашей точки зрения, эта тема несколько шире, чем просто инвестиционная: это может иметь отношение к тому, как вообще стимулировать экономический рост в России, это то, что мы в РФПИ называем мотивационной экономикой. Сейчас много внимания уделяется стимулированию роста ВВП, макроэкономике и недостаточно — вопросам, которые ближе к микроэкономике, развитию механизмов мотивации эффективности предприятий и людей. Так, с нашей точки зрения, есть потребность в разработке системы прозрачной мотивации руководителей госкомпаний в увеличении капитализации возглавляемых ими АО, в росте прибылей, продаже непрофильных активов. Мы видим, что сейчас, например в Ростелекоме и РЖД, внедряются такие схемы.

Есть очень много примеров в мире — например, в том же Сингапуре в суверенном фонде Temasek — как именно это работает. Фонд получил в управление значительные государственные активы, повысил их эффективность и показывал высокую доходность на протяжении 20 лет. Предприниматели и в госсекторе, и в частном секторе должны быть мотивированы на рост компаний, а не демотивированы сложностями ведения бизнеса. Концепция мотивационной экономики как источника роста предполагает не создание новых институтов помощи--поддержки--развития, а создание таких правил игры, которые бы нацеливали компании, их руководителей и существующие институты на созидательную деятельность. Возможно, сейчас эти правила даже более важны, чем макроэкономика.

— Как фонд предполагает вести себя в существующих секторах, где он уже представлен? Что поменял в этом текущий инвестиционный спад?
— Мы предполагаем довольно активно развивать инвестиции в различные сектора и, например, планируем быть серьезным игроком в сфере логистики — фактически сейчас у нас есть планы стать одним из трех крупнейших игроков в сфере логистики в РФ. Совместно с арабскими партнерами мы проинвестировали в два логистических центра в Московской области с совокупной площадью около 200 тыс. кв. м и видим возможности увеличения нашего портфеля до 1 млн кв. м. Уже вскоре мы можем объявить о новых сделках в этом секторе.

Мы вообще считаем, что сейчас рынок находится в точке, где инвестиции в этом и следующем году будут давать хорошую доходность на горизонте ближайших пяти-шести лет. Логистика — один из тех секторов, который цикличен и в последнее время недоинвестирован в РФ из-за замедления экономического роста.

— В случае с Китаем — у РФПИ были довольно большие планы в агросекторе. Они отчасти реализованы, будет ли дальнейшее увеличение вложений Российско-китайского инвестиционного фонда в российские проекты?
— Здесь есть несколько конкретных примеров, и они очень важны для понимания того, как и по каким принципам мы будем двигаться дальше. В агросекторе нам в первую очередь важно партнерство с CP Group — это большой сельскохозяйственный конгломерат и в Таиланде, и в Китае. В частности они являются одним из крупнейших акционеров компании CITIC, с ними мы инвестировали в птицефабрику в Ленинградской области, недавно объявили об очень большом проекте — на $1 млрд — молочного завода в Рязанской области. Это крупнейшие сделки в агросекторе в России. Мы верим в агроинвестиции, но реально и осмысленно это делать нужно с очень крупными партнерами. CP Group — одна из наиболее технологичных агропромышленных компаний мира: у них сильные каналы дистрибуции сельхозпродукции на всех азиатских рынках плюс они уже строили подобного рода заводы в других юрисдикциях. В целом нам интересно партнерство с крупными игроками, которые уже что-то построили. Пока нам неинтересно в этом секторе, например, предлагать партнерам инвестиции в крупные земельные активы — история с "земельными банками" с участием иностранных инвесторов, которая реализовывалась раньше в России, оказалась неуспешной. Без правильного менеджмента это все не работает.

— А за пределами агросектора?
— Есть другие перспективные проекты в новых для РФПИ секторах. Первый — мы планируем проинвестировать с китайскими инвесторами в строительство инфраструктуры и сервиса для пожилых людей. Мы уже нашли проект дома для пожилых. Это будет первая инвестиция РФПИ в такую инфраструктуру, затем мы хотим активно развивать сектор домов для пожилых людей в России. Нашим партнером в проекте может выступить крупный негосударственный пенсионный фонд из РФ. С нашей точки зрения, это хорошая комбинация участников и важный для нас сектор — есть возможность использовать лучшие практики в этой сфере, а в Китае у нашего партнера уже есть релевантный опыт. Другая история — это российские медицинские роботы, используемые в хирургии. Это разработка компании, в которую мы инвестируем, мы считаем, этот робот лучше, чем ряд зарубежных аналогов. У нас есть предварительная договоренность о том, чтобы этого робота продвигать на китайский рынок совместно с крупной китайской компанией-лидером в медицинской сфере.

Вообще, ожидание, что многие китайские компании будут строить партнерства с российскими и сразу активно инвестировать в РФ, конечно, пока оправдались не полностью. Но мы в любом случае видим, что, по крайней мере Российско-китайскому инвестиционному фонду, удалось осуществить более десяти инвестиций, выстроить инфраструктуру взаимного инвестирования с российскими и китайскими компаниями. Участие в нем CIC в будущем позволит привлекать в Россию больше инвесторов не только из Китая, но и из других стран Азии.

— Например?
— Я бы отметил Японию: очень позитивным был визит в Россию японского премьер-министра Синдзо Абэ, мы видим резкое усиление интереса японских инвесторов к инвестициям в Россию. Японские компании в России, могу сказать, интересуют в первую очередь фармацевтика и некоторые сектора ритейла.

— Вы планируете привести на российский рынок ритейлера Muji?
— Посмотрим. Но японские инвесторы верят и в более сложные концепции для рынка России — "умные города", вложения в энергоэффективность, медрынок. Но на все это нужно время и опыт.

— Сейчас РФПИ работает в большей степени с арабскими странами. Что-то будет меняться в вашей стратегии для арабских партнеров?
— Здесь наши ожидания — в первую очередь в расширении механизма "автоматического соинвестирования". Кроме того, мы видим большой потенциал в партнерстве с Саудовской Аравией, которая до этого вообще никогда не инвестировала в Россию, впрочем, как и многие другие страны Ближнего Востока.

— В начале июня РФПИ предлагал Минприроды допустить фонд Mubadala к конкурсу на право разработки Эргинского нефтяного месторождения. Получен ли ответ?
— Могу сказать лишь, что мы открыты к диалогу со всеми российскими нефтяными компаниями.

— Что с другими странами Азии?
— Мы недавно подписали соглашение о партнерстве с Вьетнамом. Но здесь многие инвестиции РФПИ, я думаю, будут нацелены в большей степени на помощь российским компаниям в расширении на вьетнамском рынке — это может быть даже более востребовано, чем инвестиции в РФ из Вьетнама. Мы могли бы предоставлять капитал российским структурам во Вьетнаме вместе с вьетнамскими партнерами. В этом случае с нами в капитал будет заходить госинвестфонд Вьетнама — это тоже давало бы там компаниям российского происхождения некоторую дополнительную уверенность, что вьетнамский рынок к ним хорошо относится и их воспринимает.

Сейчас есть семь российско-вьетнамских проектов, которые мы изучаем. Скажу также, что в теории эти сделки могут быть и не двусторонними — с привлечением дополнительных партнеров. Мы ведь знаем, например, что Китай очень активен на вьетнамском рынке.

— Планируется ли подписание новых страновых партнерств?
--Думаю, новых страновых соглашений в ближайшее время будет немного — одно-два. Мы фактически сформировали пул основных долгосрочных партнеров РФ в рамках РФПИ. Фонду важно стать инструментом мобилизации инвесткапитала фондов, которые уже работают с нами. С каждым инвестором из наших партнеров--суверенных фондов мы уже сделали одну или две сделки, а с некоторыми из них — более десяти. Мы начинали с вложений в крупные компании, сейчас хотим также инвестировать и в средние. Сейчас для нас важнее увеличить коэффициент соинвестирования с фондами стран, с которыми мы уже имеем партнерства.

— Будут ли подписаны на ПМЭФ крупные сделки по вложениям в российские активы?
— Мы планируем финализировать очень крупную инвестицию в промышленном секторе вместе с нашими арабскими партнерами. Намерены объявить о нашей первой российско-французской инвестиции. Есть еще несколько тем, связанных со сферами здравоохранения и сельского хозяйства.

— Неоднократно сообщалось о том, что РФПИ может инвестировать или привлечь инвесторов в рудные месторождения — например, Удокан или Баимское. На какой стадии эти планы?
— Продолжается анализ возможностей по широкому набору проектов, особенно с учетом изменившихся экономических условий и длительного горизонта инвестирования в горной добыче. Договоренностей, о которых мы могли бы объявить, к настоящему времени не достигнуто.

— Что поменяется с санкционным режимом в отношении РФПИ при получении им статуса суверенного фонда?
— Тут, собственно, не о чем говорить, потому что мы не ожидаем особенных изменений в текущем режиме работы. Как фонд мы не привлекаем средства в РФПИ, мы соинвестируем собственные средства с нашими партнерами в другие компании. Соинвестиции не ограничены санкциями.

— Есть ли планы расширения проектов с другими странами ЕС, соинвестирующими с РФПИ?
— У нас уже есть две важные инвестиционные истории с итальянскими партнерами. Первая — платные переезды в Московской области с компанией Pizzarotti, которые позволят бороться с пробками. С той же компанией мы планируем совместно развивать проект в сфере здравоохранения в одном из регионов России. Фактически это будет значимая концессия в медицинской сфере. Вообще, наши итальянские планы больше, чем эти два проекта, мы надеемся, что визит премьер-министра Италии Маттео Ренци на ПМЭФ поможет нам продвинуться вперед по итальянскому направлению.

Наконец, для нас также очень важна Германия. Мы пригласили на ежегодную встречу президента с Международным экспертным советом РФПИ и ведущими представителями международного инвестиционного сообщества главу Восточного комитета германской экономики Вольфганга Бюхеле. Де-факто он представляет интересы большей части немецкого бизнеса. Взаимодействие с Германией для нас важно тем более, что в Германии нет суверенного фонда. РФПИ уже работает с ведущими банками Германии, но мы также планируем активно взаимодействовать с немецкими экспортными агентствами, которые позволят получать более дешевое финансирование нашим компаниям. Германия, Франция, Италия — это три страны, которые сейчас в центре нашего внимания в ЕС.

Подробнее: http://kommersant.ru/doc/3013001
За 5 лет Российский фонд прямых инвестиций привлек в экономику более $25 млрд долгосрочного капитала. Теперь РФПИ готовится стать независимым суверенным фондом, выйдя из структуры ВЭБ – соответствующий документ внесен в Госдуму и должен быть рассмотрен в весеннюю сессию. О работе в новом статусе, специфике восточных инвесторов и планах по участию в приватизационных сделках в интервью «Газете.Ru» рассказал гендиректор РФПИ Кирилл Дмитриев.



Выход из ВЭБа

- Спустя пять лет с момента создания РФПИ может стать суверенным фондом России. Как вы оцениваете результаты работы за это время?

- Нами уже инвестировано и одобрено для будущих проектов более 760 млрд руб., из которых 70 млрд руб. составили средства РФПИ и более 690 млрд руб. – средства наших соинвесторов, партнеров и банков. Диапазон отраслей – от инфраструктуры до здравоохранения. Параллельно нам удалось создать стратегические партнерства практически со всеми крупнейшими фондами мира – от Китая и Ближнего Востока до Европы и Южной Африки. От этих фондов мы привлекли в экономику еще более $25 млрд долгосрочного капитала. Особенно активным получился прошлый год – мы одобрили инвестиций с нашими партнерами на 540 млрд руб. - в 3 раза больше, чем за предыдущие три года. Причем большую часть, 505 млрд руб., составили инвестиции партнеров.

- Почему фонду потребовался новый независимый статус и в чем логика выхода из структуры ВЭБа в непосредственное ведение Российской Федерации?

- Когда РФПИ создавался, было понимание, что со временем он должен стать независимой структурой, как это принято в других странах мира, располагающих собственными суверенными фондами (ОАЭ, Кувейт, и др).

Для нас этот шаг означает, прежде всего, повышение статуса и прозрачности, а также закрепление в мировой лиге суверенных фондов, для которых мы становимся не просто дочерней структурой крупного банка, но равным партнером.

Де-факто РФПИ уже управляется как независимая структура, имеет свой наблюдательный совет, в который входят руководители профильных министерств, Центрального банка, представители администрации президента.

- Почему это происходит именно сейчас, когда в ВЭБе объявлена реструктуризация?

- Сейчас ВЭБ проходит трансформацию и фокусируется на основном бизнесе. Это не помешает нам продолжить взаимодействие как по текущим общим проектам, так и в будущем. Что же касается РФПИ, то процесс перехода обсуждался в несколько этапов, еще с момента учреждения фонда.

- Связано ли это с тем, что ВЭБ находится под санкциями?

- Мы уже 2 года работаем в режиме существующих ограничений. Фонд не привлекал и не планирует привлекать финансирование в США, поскольку инвестирует собственные средства.

- Но отмена санкций облегчила бы вам работу?


- Для нас главный вопрос сейчас – поиск качественных, хорошо структурированных проектов. Что касается санкций, то их отмена, прежде всего, облегчила бы работу западному бизнесу, который заинтересован работать с Россией, особенно когда активы на таких привлекательных ценовых уровнях. За прошедшие несколько месяцев, начиная с форума в Давосе, у нас было несколько больших встреч с европейскими бизнесменами и инвесторами. И мы видим их интерес к России и надежду на то, что в ближайшие месяцы санкции будут ослаблены, чтобы они могли активнее приходить в страну.

Путин и саудиты

- ОАЭ в последние три года активно участвуют в российских сделках. Недавно в Москве был наследный принц Абу Даби Мохаммед Аль Нахайян с очередным визитом — каковы его итоги?

- В ОАЭ мы уже сотрудничаем со многими институтами, в числе которых инвестиционный фонд Mubadala, крупнейший портовый оператор DP World, с которым мы подписали в январе соглашение на $2 млрд для инвестиций в российскую портовую инфраструктуру. Инвесторы из ОАЭ уже приняли участие почти в 20 сделках РФПИ, на рассмотрении еще несколько десятков перспективных проектов.


- Среди этих проектов есть «Вертолеты России» и «Аэропорты регионов»?

- В том числе эти проекты, но не только. В ходе визита наследного принца мы объявили о создании логистической платформы с ближневосточными фондами, куда вошли и инвесторы из ОАЭ. Уже закрыта первая сделка более чем на $100 млн – инвестиции в два таких центра в Московской области, которые мы планируем превратить в логистические хабы.

- Летом 2015 года вы объявили о привлечении инвестиций в российскую экономику $10 млрд от саудовского инвестиционного фонда Public Investment Fund. Как удалось их привлечь в Россию? В какие проекты они могут инвестировать с РФПИ?

- Мы шли к этому партнерству больше года. Саудовская Аравия оставалась для нас единственной крупной неохваченной экономикой Персидского залива.

Знаковым моментом стала встреча с президентом Владимиром Путиным во время Петербургского экономического форума, куда впервые приехала саудовская делегация во главе с заместителем наследного принца Мохаммедом бин Сальманом. После нее были достигнуты финальные договоренности, и наши саудовские партнеры заявили о решении инвестировать в Россию.

Платформа уже работает, часть средств будет инвестироваться во все проекты РФПИ автоматически. В активной стадии рассмотрения более 20 сделок.


- Будете предлагать им самые капиталоемкие проекты, вроде порта Тамань, трассы М-5 или строительства участков ЦКАД? Насколько они привлекательны для арабских инвесторов?

- Важно понимать, что не все мегапроекты способны обеспечить привлекательную доходность. Сейчас мы ждем решения ГК «Автодор» по третьему и четвертому участку ЦКАД. «Автодор» переносил этот конкурс для корректировки условий в пользу пожеланий инвесторов - это нормальная практика для такого типа проектов с учётом изменившихся макроэкономических условий. РФПИ с ведущими суверенными фондами Ближнего Востока готов выступать в роли финансового инвестора, поэтому поддержал заявку ООО «Автодорожная строительная корпорация» на третий участок ЦКАД. Вместе с ближневосточными партнерами мы намерены работать и по четвертому участку ЦКАД в консорциуме с компанией «Лидер» Но инфраструктурой мы точно не будем ограничиваться. Также рассматриваем ритейл, сектор медицинских услуг, сельское хозяйство, телекоммуникационный сектор и другие.

- Вы также работаете с фондом SAGIA, который занимается привлечением иностранных инвестиций в королевство. Куда российские компании планируют там вложиться?

- В наших планах – поддержка различных отечественных компаний, в том числе нефтегазовых и строительно-сервисных, при выходе на саудовский рынок.

- Повлияла ли на ваше сотрудничество политическая ситуация вокруг Сирии и не подверглись ли эти планы корректировке?

- Мы наоборот продолжаем укреплять сотрудничество, поскольку считаем, что партнерские отношения в сфере экономики и инвестиций способствуют диалогу на всех уровнях. Исторически сложилось так, что арабские страны почти не инвестировали в Россию, и Россия для них по сути – чистый лист.


- Как обстоят дела с другими странами региона?

- Ближневосточные инвесторы намерены наращивать свое присутствие здесь Например, в ноябре 2015 года один из старейших партнеров РФПИ Kuwait Investment Authority принял решение о дополнительном выделении $500 млн для участия в программе автоматического соинвестирования РФПИ. Они не только удвоили объем средств, аллокированных для этих целей, но и увеличили долю своего участия в каждой сделке в несколько раз.

- Когда создадут фонд в Египте и будут первые инвестиции РФПИ и российских компаний в этой стране? Будет ли РФПИ участвовать в создании АЭС, строительстве нового Суэцкого канала и проекте «Золотой треугольник» по добыче полезных ископаемых на юго-востоке страны?

- Фонд создает египетское правительство. Пока решаются организационные вопросы, и фонд оформляется юридически. Параллельно с партнерами из ОАЭ, Саудовской Аравии и египетскими банками рассматриваем ряд совместных проектов на территории Египта с участием российских компаний – в сфере сельского хозяйства, инфраструктуры, в том числе транспортной, машиностроения и производства строительных материалов. Упомянутые вами проекты также представляют интерес, пока просчитываем их эффективность вместе с арабскими партнерами.

«Привлекать инвестиции стало сложнее»

- Как оцениваете ситуацию для инвестирования в Россию с учетом сокращения ВВП, оттока инвестиций и продолжающихся санкций?

- Привлекать инвестиции в Россию, безусловно, стало сложнее.

Но иностранные инвесторы понимают, что экономика циклична, а из-за девальвации можно инвестировать по крайне привлекательной цене. Причем, речь идет о стратегических долгосрочных инвестициях, а не спекулятивных деньгах. Есть ряд секторов и компаний, которые показывают значительный рост. К примеру, группа компаний «Мать и дитя» стала лидером в секторе оказания платных медицинских услуг, а капитализация Московской биржи с момента IPO выросла почти в два раза. В России есть несколько инвестиционных идей, которые мы обсуждали с ведущими суверенными фондами в Петербурге во время встречи их глав с Владимиром Путиным: это импортозамещение и экспортоориентированные проекты, выкуп непрофильных активов у естественных монополий и повышение эффективности промышленности, которое, по нашим оценкам, имеет в России потенциал до 30-40%.

- Вы давали оценку, что под управлением частных инвесторов, суверенных и пенсионных фондов мира сконцентрировано почти $100 трлн. На какую долю из них претендует Россия?

- Пока на сравнительно небольшую. Доступного капитала много, но инвесторам, которые распределяют капитал глобально, важно показать, что в России можно получить хорошую доходность.



Выходы и приватизация

- В прошлом году вы воспользовались опционом по акциям Ростелекома, и оператор выкупил у вас 1,2% акций. Почему не стали продлевать его, как это сделал со своей долей ваш соинвестор Deutsche Bank?

- Именно на таких условиях мы входили в сделку, и нам важно обеспечивать приемлемую доходность для всех наших соинвесторов, которые участвовали в сделке по автоматической модели. Это несколько ближневосточных фондов, в том числе. Мы провели несколько раундов переговоров, и решили реализовать право на опцион.

- В начале прошлого года вы также продали 1% акций Московской биржи. Планируете продавать или сокращать участие в других активах?

- Базово мы инвестируем на 3-5 лет и более, если речь идет об инфраструктурных проектах. Но отдельные частичные выходы могут быть. Так, мы недавно продали наш пакет в компании АЛРОСА, получив доходность на уровне 37% годовых. Компания продемонстрировала хорошие показатели и продолжает оставаться привлекательной для наших соинвесторов, в том числе в рамках возможной приватизации.


- Говоря о приватизации – РФПИ заявлял о своем намерении поучаствовать в программе. Какие еще компании вам интересны?

- Приватизационные сделки нам и нашим партнерам интересны в принципе, как идея. Но, безусловно, нужно смотреть на параметры и обсуждать конкретные условия. В любом случае это могут быть небольшие пакеты при условии получения необходимого приемлемого уровня доходности.

- Есть проекты, по которым вы терпите убытки? Или считаете, что в нынешних условиях они стали непривлекательны, хотя уже вложились?

- В целом, наш портфель показывает позитивную доходность, при том, что рыночные индексы просели. Есть менее удачные в моменте инвестиции, над чем мы сейчас работаем. Для нас важнее положительная динамика портфеля в целом, так как большая часть наших партнеров участвует в нескольких проектах РФПИ сразу. С возобновлением роста экономики доходность, конечно, будет выше.

- Сейчас у вас какая доходность?

- Она считается по мере выходов. Например, сделки по частичным выходам из Московской биржи и «Ростелекома» в 2014 году обеспечили рублевую доходность в 23% и 33% соответственно, АЛРОСА – около 37%. В каждом случае требования к доходности определяются отдельно, но неизменно одно – она должна быть. Иначе никто не вкладывается. По инфраструктурным проектам целевой уровень, как правило, несколько ниже, так как денежные потоки по ним более стабильны и прогнозируемы.

Докапитализация и ФНБ

- Какой сейчас инвестресурс у РФПИ? И как будет проходить процесс докапитализации фонда на фоне ограниченных возможностей бюджета?

- По решению правительства зарезервированный капитал фонда составляет $10 млрд. Нам хватает уже выделенных средств, а что касается оставшейся части, то бюджет предусматривает докапитализацию при остатках на счетах менее 30 млрд рублей. Нашим международным партнерам важно понимать, что мы способны исполнять взятые на себя обязательства. Сейчас РФПИ на каждый вкладываемый рубль привлекает в экономику в среднем 10 рублей от партнеров и банков. Поэтому есть понимание, что по мере необходимости фонд будет докапитализирован, возможно, уже этом году.


- Как планируете использовать квоту ФНБ? Насколько вы уже ее израсходовали?

- Нам была выделена квота в 10% ФНБ для софинансирования доходных инфраструктурных проектов. В 2014-2015 гг. мы начали реализацию первых трех проектов – внедрение «интеллектуальных сетей» с «Россетями» (установка «умных счетчиков» в регионах, которые позволят снизить потери в энергосетях), ликвидацию «цифрового неравенства» с «Ростелекомом» (проведение интернета в отдаленные малые населенные пункты) и строительство одного из крупнейших в мире нефтехимических комплексов - «Запсибнефтехим» компании СИБУР. Во всех этих проектах мы выступаем инвесторами вместе с ближневосточными фондами из нескольких стран. Есть и другие проекты на оставшуюся квоту, но решение по их софинансированию из ФНБ принимает набсовет РФПИ.

- Как РФПИ обеспечит государству возвратность средств ФНБ?

- Все одобренные проекты проходят многоступенчатую экспертизу – со стороны набсовета РФПИ, соинвесторов РФПИ и правительства. При этом они структурированы таким образом, что РФПИ и соинвесторы берут на себя наиболее рискованную часть проекта, таким образом, обеспечивая защиту средствам ФНБ. Дополнительной гарантией являются, в зависимости от сделки, поручительства компаний и залоги экспортных потоков, имущества, выручки и так далее. По сравнению, например, с вложениями в американские 15-летние казначейские облигации инвестиции средств ФНБ в проекты такого типа приносят более высокий доход. Так, по одному из наших проектов, в котором предусмотрена долларовая доходность, средняя ожидаемая годовая доходность средств ФНБ составляет более 3% против доходности US Treasuries в районе 2%.


Восток и запад

- Верно ли, что уже сейчас порядка 90% привлекаемых инвестиций обеспечиваются Азией и Ближним Востоком?

- Да, это так. Мы с самого начала сфокусировались на долгосрочных инвесторах из этих двух регионов, где относительно небольшое количество фондов аккумулировали значительные средства. Например,

суверенные фонды Ближнего Востока управляют капиталом свыше $3 трлн. На Западе эти суммы «размыты» между многочисленными институтами, в результате усложняется процесс получения крупных траншей.

- Вы подчеркиваете, что на востоке инвесторы долгосрочные. На западе таких нет?



- Есть своя специфика. В США и, скажем, в Норвегии значительные объемы средств аккумулированы пенсионными фондами, которые в целом вынуждены придерживаться более консервативных инвестиционных стратегий. Широкий горизонт планирования и возможностей сейчас именно у суверенных фондов. В то же время в России, например, пенсионные фонды практически не участвуют в экономике, а ведь именно они являются основой долгосрочных инвестиций в большинстве развитых стран. С ними мы бы хотели работать активнее в будущем.

- Если смотреть по структуре товарооборота, то основным партнером России остается запад. И пресловутый разворот на восток, в том числе в части финансирования, идет крайне медленно. Почему с привлечением прямых иностранных инвестиций процесс гораздо легче пошел?

- Еще несколько лет назад восточные страны вкладывали в Россию крайне мало, а значит имели возможность резко увеличить свои инвестиции. После первых удачных инвестиций «подтянулись» фонды из новых стран, так что сейчас мы можем наблюдать своего рода экспоненциальный рост. Вместе с тем, мы видим, что по мере нарастания инвестиционной активности между регионами растут и объемы контрактов и, соответственно, товарооборота. Этот процесс идет, хотя он и небыстрый.

Китайский след

- На саммите БРИКС в Уфе Россия презентовала 37 проектов, которые претендуют на финансирование Банка развития БРИКС. В каких из них заинтересован РФПИ?

- Потенциально 7-10 проектов из них для нас интересны. Банк развития БРИКС мог бы выступать в качестве кредитора по тем проектам, в которые РФПИ и соинвесторы входят в уставный капитал, в том числе в рамках созданного нами инфраструктурного партнерства стран БРИКС. Аналогичные планы у нас в отношении других крупных институтов – Фонда Шелкового пути и Азиатского банка инфраструктурных инвестиций.

- С Индией у вас уже несколько партнерств. Когда будут первые проекты?

- Рассматриваем возможность совместной работы с «Русгидро» и «Нордгидро» по строительству и эксплуатации энергообъектов на индийском рынке. Ведется проработка проектов – в зависимости от их сложности на это может потребоваться 1-2 года.


- Когда планируются проекты с Бразилией и ЮАР?

- С бразильскими партнерами обсуждаем варианты сотрудничества в России, а с Банком развития ЮАР смотрим проект на африканском рынке, к которому намерены привлечь как российских, так и китайских соинвесторов.

- Межправомиссия (МПК) ведет 58 проектов между Россией и Китаем. В каких из них участвует РФПИ?

- Около десяти проектов для нас в приоритете. Можем вскоре объявить об одном ресурсном и об одном аграрном проекте в рамках работы Российско-китайского инвестфонда, который учрежден РФПИ и Китайской инвестиционной корпорацией.

- Какую роль в продвижении этих проектов играет МПК?

- Перед созданием комиссии мы опросили многие российские и китайские компании, и выяснилось, что без поддержки государства многие проекты просто не смогут развиваться. Будь то физическая квота на экспорт (как в случае с аграриями) или равный доступ (как в случае с рядом ресурсных отраслей). МПК помогает преодолеть административные и регуляторные препоны для проектов, которые наши страны считают важными. В том числе в рамках сопряжения китайского проекта Шелкового пути, который подразумевает сотни миллиардов долларов инвестиций, с зоной ЕАЭС.


- Разве процесс не застопорился в мае, когда стороны не смогли договориться по входу китайцев в ЕАЭС?

- Наоборот. Мы были свидетелями активного обсуждения на встречах БРИКС в Уфе. Эта инициатива поддерживается Владимиром Путиным и Си Цзиньпином. Но сам процесс интеграции, разумеется, небыстрый, и в ходе него у сторон возникают дополнительные вопросы.


- Правда, что когда переговоры только начинались, китайцы пообещали выделить сразу $20 млрд, если им обеспечат комфортные условия в отношении проектов, связанных с ресурсами?

- В подобных условиях нет особого смысла. Существующие в России законодательные ограничения в данной части – минимальны, а китайские инвесторы по нашему опыту рассматривают для инвестиций широкий диапазон отраслей, не только ресурсный.



- Как обстоят дела с мостом через Амур, который строят РКИФ и Фонд развития Дальнего Востока? Удалось снять противоречия по финансированию объекта и определить ответственного за ход работ? Когда начнется строительства, которое, судя по всему, затянулось с российской стороны?

- Мы договорились о распределении долей в управляющей проектом компании в пропорции 75/25 между РКИФ и ФРДВ соответственно. К началу года мы достигли договоренностей с китайской компанией на генподряд, но в последний момент они вышли из проекта, так как не могли гарантировать соблюдение всех необходимых условий. Поэтому пришлось выбирать генподрядчика заново. Эта процедура уже завершена – выбран российский подрядчик, который начнет работы на объекте в ближайшие дни.

Tags:

Сегодня Кирилл Дмитриев, глава РФПИ, принял участие в заседании Совета по инвестициям при Председателе Государственной Думы РФ, в ходе которого члены Совета поддержали проект Стратегии развития малого и среднего предпринимательства, подготовленный Правительством РФ.


«РФПИ участвует в развитии малого и среднего предпринимательства в том числе через программу «Инвестиционный лифт», которая подразумевает поддержку средних несырьевых компаний с экспортным потенциалом. В рамках работы над программой в настоящее время мы рассматриваем сразу несколько проектов, инвестиции в которые позволят компаниям-экспортерам усилить свои конкурентные преимущества и выйти на новые рынки,» - отметил Кирилл Дмитриев.

Подробнее:http://rdif.ru/fullNews/1653/
Кирилл Дмитриев, глава РФПИ, в интервью телеканалу "Россия-24" рассказал об инвестиционном потенциале логистического сектора России.

РФПИ и ведущие ближневосточные инвестиционные фонды объявили о создании новой платформы для инвестиций в логистическую инфраструктуру на территории России. Первой сделкой стали инвестиции в два современных проекта в Московской области, девелопером которых выступает PNK Group.
«Мы видим значительный инвестиционный потенциал и возможность масштабирования успешных логистических проектов на территории всей страны. Качественная инфраструктура и стратегический подход к расположению и управлению комплексами позволяют арендаторам сокращать издержки, в том числе, оптимизировать операционные расходы за счет повышения эффективности цепей поставок,» - отметил Кирилл Дмитриев, глава РФПИ.



Подробнее: http://rdif.ru/fullNews/1637/
Kirill Dmitriev, CEO of ‪RDIF, via Xinhua "China capable of overcoming economic challenges".

China has considerable resources and sufficient strength to overcome current economic challenges and to achieve stable economic growth, a leading Russian economist has said.

"I believe that China will continue to pursue balanced and wise macroeconomic policies, which will help maintain stability and sustainable growth with certain changes in economic development priorities," Kirill Dmitriev, CEO of the Russian Direct Investment Fund and co-CEO of the Russia-China Investment Fund, said in a recent interview with Xinhua.

The Chinese government has set the GDP target growth at a range of 6.5 percent to 7 percent for this year.
The target is aligned with China's goal of completing the building of a moderately prosperous society in all respects, and takes into consideration the need to advance structural reform, Chinese Premier Li Keqiang said earlier this month at the fourth annual session of the 12th National People's Congress. China has managed to maintain high rates of economic growth, including during the 2008 global financial crisis and in 1997, the expert said.

"We must pay tribute to the professionalism of the Chinese government, due to which the country was able to maintain a high degree of social stability at the time," Dmitriev said.

He said that China has been actively developing in the last 15 to 20 years, and it has managed to achieve significant diversification of the economy in terms of both production and consumption, as well as to form a broad middle class.

The Chinese authorities have been consistently liberalizing the national economy, including foreign exchange and money markets, which has made China's economy more independent, and allowed it to react to changes using market tools and to adapt to new challenges autonomously, Dmitriev said.

The current degree of economic freedom allows the Chinese government to take necessary decisions more quickly and to respond to various challenges that arise in the process of economic development, he said.

"Therefore, there is every reason to believe that the strategic vision, hard work and the ability to adapt to changes in the external environment will enable the leadership and people of China to successfully overcome potential challenges on the way to reaching the planned goals," the expert said.

Details:
http://news.xinhuanet.com/english/2016-03/22/c_135212870.htm

Profile

Кирилл Дмитриев
rusfund
Кирилл Дмитриев
РФПИ

Latest Month

September 2016
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Powered by LiveJournal.com